Выходное чтиво: «Мазайцы»

0
112
Валентина Лызлова

Сегодня в рубрике «Выходное чтиво» произведение ухтинской писательницы Валентины Лызловой. 

Половодье разыгралось не на шутку. Уровень реки поднялся уже на четыре с лишним метра, а вода продолжала прибывать. Такое отмечалось последний раз лет тридцать назад. На стремнинах река бурлила, и ездить на лодках старались ближе к галечному берегу, особенно вверх по течению. Там было относительно мелко и не так опасно. По реке иногда плыл встречный «транспорт» — большие деревины, которые разбушевавшееся течение вырывало из берегов и уносило с собой. Не успеешь вовремя славировать, наскочишь на такую лесину – мало не будет. С рекой шутки плохи. Это дедушка сказал перед выездом. Он учил внука всему, что знал сам и что мог воспринять детский ум. Павлик знал об опасностях на воде, и не только.

А поездить, ой как хотелось! Нетерпеливое детское сердце замирало в предвкушении той особой радости, которую ощущаешь, сидя в лодке. Равномерно урчит мотор, ветер обдувает лицо, вода поёт свою незамысловатую песенку, несутся облака навстречу, а в душе сплошное нетерпение и ожидание: что там, за поворотом? Не переплывают ли реку белочка или норка? Не вышел ли к реке лось-красавец? Попала рыба в сетки или нет? Много интересного можно увидеть в таких поездках. А кто же не любит приятных сюрпризов!

Наконец, лодка была спущена на воду. Перед этим дед с внуком проверили швы, законопатили их, где надо. Потом замазали смолой и прошлись по ним раскалённым на костре докрасна металлическим прутом, чтобы не было течи. Заодно поменяли старую табличку с номером на новую. Можно и в путь отправляться.

Сетки снесли в лодку, взяли с собой кое-какие съестные припасы и чайник. Какая поездка без костра и чая! Илья Степанович любил смотреть, с каким наслаждением и аппетитом внук уплетает самую немудреную еду на берегу возле костра, и даже в самые короткие поездки старался доставить Павлику это удовольствие. Больше всего мальчик любил, как он их называл, «деревенские шашлыки». На ивовый прут нанизывались кусочки хлеба вперемешку с салом, луком, кружочками варёной картошки. Всё это Павлик делал сам. Надо было видеть мордашку внука, перемазанную сажей, и горящие глазёнки!

— Дедушка, ты подожди ещё немного. Щас я тебя накормлю.

И для деда не было еды слаще. Эти минуты полного единения двух родных людей, старого и малого, дорогого стоили. Видеть ребёнка счастливым – что может быть радостнее! И о бабушке внук не забывал: всегда привозил ей такой же шашлык. Наталья Петровна съедала его с неподдельным аппетитом и с благодарностью целовала внука:

— Ничего вкуснее не едала. Спасибо, Павлушенька!

Илья Степанович направлял лодку вдоль ивняка, а сам думал: где же теперь отыскать местечко, на котором можно почаёвничать? Вода затопила всё, что можно. Нет, пожалуй, есть один высокий пригорок под скалой, где можно будет примоститься. Занятый этими мыслями, он неожиданно вздрогнул от крика Павлика. Тот показывал на основательно затопленный противоположный берег. На кочке, окружённой водой, сидели два зайца. Илья Степанович хорошо знал это опасное место. Оно даже в малую воду требовало ловкости, чтобы причалить для рыбалки. А теперь и вовсе было страшно смотреть, как течение с силой бьёт в берег, и поток воды устремляется вглубь берега, затапливая валежины и кусты. Глубина страшенная! Лодку при такой мощи набросит на берег и опрокинет. И к гадалке не ходи!

Заглушив мотор, Илья Степанович задержался рукой за куст ивняка.

— Дедушка, они же в окружении, погибнуть могут. Надо спасать! Смотри, какие они грустные, — в голосе мальчика появились жалостливые нотки. — Мне бабушка читала, как один дед Мазай спасал зайцев. Вот и нам так надо!

— Надо, только наша задача, может, посложнее будет. Как же добраться-то до них? Прямо здесь нельзя. Перевернёт лодку, утонуть можно. Давай подумаем и составим план спасения.

Будучи человеком бывалым, он сразу понял, как можно подобраться к беднягам, но ему очень хотелось, чтобы Павлик сам нашёл выход из положения. Дед был уверен, что логика внука сработает в нужном направлении. Павлик, насупив брови, с деловым выражением обвёл глазами реку сверху вниз по течению. Забавно было наблюдать за ним. Илья Степанович смеялся про себя от удовольствия, но внешне виду не подал.

Лицо Павлика внезапно просветлело, бровки поднялись вверх, и он выпалил:

— Всё! Придумал! Давай проедем вверх, там течение не такое бешеное, заедем на берег, а потом подплывём к пленникам.

— А ты молодец! Хорошо придумал, я и не догадался бы.

— Догадался бы! Знаю я тебя, – мальчик бросил на деда лукавый взгляд.

— Но учти, там может быть мелко. Придётся лодку тащить. Может, отказаться от этой затеи, пока не поздно? – дед испытующе посмотрел на внука.

— Ты что, дед? – изумлённо спросил Павлик и решительно добавил:

— Сам же говоришь, что мужики в нашей семье не сдаются без боя. Нет уж, решили, так решили. Заводи мотор!

— Есть, товарищ командир!

«Мужики» поднялись к самой курейке и легко заехали на затопленный берег. А дальше стало всё не так просто. Глубина была не везде одинаковой.

Иногда лодка наседала на подводные кочки. Илья Степанович выходил и протаскивал или проталкивал лодку до глубины, а потом заскакивал в неё. Дело продвигалось медленно. Павлик смотрел на старания деда и вздыхал.

— Что, внучок, пригорюнился?

— Да вот думаю: тяжело тебе, а я даже и помочь не могу. Сапоги-то короткие. Нет, надо покупать себе бродни, как у тебя.

— Надо бы, да только, где найти такие маленькие?

— Эх, быстрее бы вырасти!

— Не торопись, живи в детстве подольше. Быстро оно кончается. Опомниться не успеваешь. А потом всю жизнь вспоминаешь о нём, как о самом счастливом времени. И так хочется хоть на минутку опять нырнуть в него.

Павлик попытался представить себя взрослым. Наверное, он будет сначала, как папа, а потом, как дед. А потом – как кто? Наверное, как дед Евсей, который прошлым летом ходил с палочкой. А теперь его нет. Сказали, что он ушёл на небеса. И как это может быть? Он вспомнил, как дедушка недавно сказал бабушке:

— Да, мчится жизнь, как ветер. Оглянуться не успел: позади – много, впереди – мало.

Чего много, а чего мало, он не очень разобрался тогда, но по вздоху Ильи Степановича понял, что такой возраст, как у дедушки, не очень-то радостный. Вот и теперь дед сказал почти то же самое. «Нет, пожалуй, и вправду, не буду спешить, — решил мальчик, — впереди ещё так много интересного! И фотографий надо побольше наделать, чтобы потом рассматривать их, как дед с бабушкой».

А вот уже и кочка с зайцами. Илья Степанович приставил к ней лодку со стороны реки. Напуганные людьми пленники прыгнули в воду. Поток снёс их к следующей кочке, ближе к сухому пригорку. Дед перетащил лодку туда, и зайцы повторили свой маневр. Павлик с интересом наблюдал, как смешно они бьют лапами по воде, с шумом разбрызгивая её. Так постепенно и подвели ушастых к пригорку. Очутившись на суше, они быстро скрылись в кустах.

— Ну, теперь давай и отдохнём, внучок.

Усевшись на валежину, спасатели вытянули ноги и подставили лицо под солнечные лучи, проникающие сквозь голые кроны деревьев. Место это было очень красивым, и Илья Степанович предложил:

— Может, здесь почаёвничаем? Наберёмся сил на обратный путь. Потом сетки проверим – и домой.

Пока закипал чайник, Павлик достал походные кружки, бабушкины пирожки с картошкой, сахар. Вместо заварки бросили в чайник брусничных листьев и наломали туда же веточку малины. Павлик приумолк и выглядел чуть удручённым.

— О чём думаешь, внучок?

— Дедушка, а зачем всё это было нужно? Ведь зайцы, оказывается, умеют плавать. А ты не сказал. Значит, мы зря их спасали?

— Ничего не зря. Если бы я сказал, что они не погибнут, ты поверил бы?

— Наверное, нет. Я думал, что они не умеют плавать, раз сидят. Но если они плавают, то почему не пытались спастись сами? Как-то тут не сходится.

— Понимаешь, это дикий и непредсказуемый «народ», — улыбнулся дед. — Кто знает, что им взбредёт в голову. Может, от неожиданности растерялись. Вал накатил – убежать не успели. Может, другая причина была. Ты заметил, какой толстый один из них? Это зайчиха. Скоро у неё появятся малыши. Скорее всего, побаивалась плыть, думала, не доплывёт.

— А разве зайцы умеют думать?

— Их ум – это чутьё. Лесному зверью без него никак нельзя. Выживать-то надо.

Мальчик ещё немного помолчал, затем кивнул, словно подтверждая свои мысли:

— Вообще-то, да, не зря спасали. Если бы с ней что-нибудь случилось, мы бы пришли на помощь.

— Ну, вот видишь! А ещё я хотел, чтобы ты разглядел зайчишек вблизи, коли такая возможность представилась. Ты заметил, что они и не белые, и не серые?

— Да, это я знаю: они не до конца полиняли.

— А ещё что разглядел?

— Уши большие! Я знаю, зачем им такие нужны. Ведь зимой они не прячутся, как медведи и другие звери. Убегать надо от лисы или волка. Значит, они должны хорошо слышать любой шум. Нам в садике про это говорили.

— Верно. Такие уши помогают уловить даже самые тихие звуки и дать стрекача, — засмеялся Илья Степанович, а вслед за ним и Павлик.

Здесь следовало рассказать внуку ещё об одной немаловажной роли больших заячьих ушей. С их помощью заяц регулирует температуру своего тела, так как они имеют множество кровеносных сосудов. Это позволяет отдать лишнее тепло тела: оно не перегревается, и поэтому длинноухий не устаёт. Но как объяснить это ребёнку, не знающему ни физиологических, ни анатомических особенностей организма? «Оставим этот момент на потом. Начнёт учиться в школе, быстрее поймёт», — решил Илья Степанович.

— Дедушка, а почему уши такие… удлинённые какие-то, а не круглые, например?

— Уши такой формы легче прижать к туловищу, чтобы встречный поток воздуха не так тормозил бег. Это как с лодками: узкая и длинная идёт быстрее, чем широкая и короткая. А что ты ещё знаешь о заячьей трусливой породе? – засмеялся Илья Степанович.

— Ещё? А-а-а, ещё у зайцев задние ноги… ой, лапы… длиннее передних, чтобы он мог сильно отталкиваться и быстрее бежать. Лиса с волком ведь тоже быстро гонятся за ними. Схватят, и уже не вырваться.

— Верно. Но, оказывается, у косых есть ещё один секрет. Может, даже не все о нём знают. Догнала, допустим, лисица зайца, вцепилась в него мёртвой хваткой. Кажется, всё – конец косому! Вот тут его спасает тонкая шкурка. Рванет что есть мочи! Шкурка моментально порвется, и клочок её останется в зубах врага. А сам заяц будет уже где-то далеко-далеко. Причем в том месте, где будет вырвана кожа, не появляется кровь. Рана очень быстро заживает и вскоре обрастает шерстью.

Мальчик от удивления расширил глаза и покачал головой. Ничего себе! Иногда палец немного поранишь – и то больно. А зайцу целый кусок шкурки вырывают! Бедняга… но зато ведь живой!

— А почему их называют косыми?

— Ну, тут по-разному говорят. Во-первых, глаза у них расположены не так, как у нас, а с боковых сторон головы, и поэтому он видит всё сразу с обеих сторон.

— Вот бы мне та-а-к! Особенно, когда в футбол играешь!

Павлик попытался посмотреть в разные стороны, но глаза никак не хотели разбегаться, а упорно ходили друг за другом. Дед рассмеялся:

— Не быть тебе зайцем. Оно и лучше, а то ходил бы вечно с шишками на лбу.

— Почему?

— Да потому что, когда он убегает от охотника или от лесного хищника, то смотрит в стороны или назад. Вот и может налететь на дерево, на пень, ещё на что-нибудь. А когда спокоен, смотрит прямо, его глаза собираются в кучку, и получается косой взгляд.

— А во-вторых?

— Охотники рассказывают, что заяц – большой мастер запутывать следы. Движется косо: то туда, то сюда. Так заплетёт, что даже собаки порой сбиваются со следа. И по этой причине его тоже называют косым.

— Нет, дедушка, наш Север не потерял бы зайца ни за что на свете! Он – настоящий охотничий пёс.

— А то… — протянул дед, улыбаясь.

Попив чаю, они выехали с берега в реку, проверили сетки. Но Павлика сегодня не восхитил приличный улов. Он был ещё весь там… в «заячьих» делах.

Поднявшись к дому, он сказал встречавшей их Наталье Петровне:

— Бабушка, а знаешь, кто мы сегодня? Мазайцы!

— Это как так: мы – зайцы? С какой стати?

— Да не мЫ – зайцы, а ма-зай-цы! Помнишь, ты читала мне про деда Мазая? Мы тоже спасли с дедушкой зайцев, но только как бы наполовину. И они спасли себя наполовину. Вот и получается, мы все – мазайцы.

Пока бабушка накрывала стол, мальчик во всех подробностях рассказал об их с дедом приключениях.

А после ужина Павлик думал о том, что узнал сегодня. Да, нелёгкая жизнь у зайцев, опасная. Но зато они могут защитить себя. Природа много дала им для этого. Даже больше, чем человеку. Нет, всё-таки какая она умная и добрая, эта природа! Обо всех заботится, как мама. Не зря же её называют матушкой…

Печать

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here