Выходное чтиво: «Неисправимый»

1
185
Анатолий Цыганов

После окончания полевого сезона Володя Денисенко решил отдохнуть. До прилёта вертолёта оставалось два дня. За это время надо было подготовить трактор к ремонту и собрать вещи.

Володя зашёл в балок, сел на кровать и задумался. Отгулов накопилось на месяц, и отпуск за два года. Куда девать такую уйму времени? Надо бы с пользой. А так промелькнут деньки, и снова – работа. Надо бы посоветоваться. Пойти к напарнику, Ваське Саввушкину? Он тоже вылетает, может, и посоветует, что? Кряхтя от застарелого радикулита, Володя поднялся и отправился в соседний балок. Отворив дверь, он увидел Саввушкина, который с удовольствием потягивал чай из огромной кружки. Васька широким жестом пригласил напарника к столу. Денисенко примостился  на край скамьи, солидно налил в свободную кружку кипяток, добавил заварки  и немного помолчал. Затем  начал издалека:
— Вылетаешь?
— Вылетаю, — коротко ответил Василий.
— В отпуск?
— Ну да. А что?
— Куда едешь?
— К брату, в Белгород. Недельку по хозяйству поработаю и поеду.
— У меня тоже брат живёт в Ростове, и сестра — в Воронеже.
— Это хорошо, когда семья большая.
— Да неплохо. Только проблема возникает.
— Какая проблема?
— Да вот думаю, к кому съездить? Или к брату в Ростов или к сестре в Воронеж?
— А что тут думать? Обоих надо навестить.
— Так то оно так, но, если поехать сначала к брату, сестра обидится, если к сестре, брат потом дуться будет.
— Да, это проблема.
— Проблема…, — оба задумчиво примолкли. Потом Саввушкина осенило:
— Слушай, а ты по старшинству.
— Как это?
— А кто старше, к тому и первому.
— Не могу.
— Почему?
— Тройняшки мы. В один день родились.
— Ни фига! Ты же никогда не говорил, что из тройняшек.
— А ты и не спрашивал.
— Слушай, — Василий подвинулся поближе. — Ты жребий брось. Кто выиграет, к тому и езжай первому, а другому не говори. Каждый будет думать, что ты его первого навестил, и обид не будет.
— Наверное, ты прав. Жребий, оно вернее. А навестить обоих надо. Ну ладно, пошёл я собираться, — Володя допил чай и направился к двери.
— Так ты не забудь, жребием и решишь! – крикнул вслед Саввушкин, но напарник уже не слышал.

Денисенко направился к своему трактору, стоявшему на пригорке.  Вытащив из-под сиденья тряпки, Володя принялся вытирать окна кабины. Солнце, отражаясь от стёкол, слепило глаза. Весенний ветерок обдувал лицо и приносил запах земли и солярки. Рядом выстроились трактора и вездеходы передвижного отряда. Володя вытер руки, оглядел со всех сторон технику, запер кабину на замок и присел на капот. От вездехода отделился знакомый механизатор – сосед по городской квартире:
— Уезжаешь? – поздоровавшись, спросил он.
— Ага. В отпуск.
— Это хорошо. А зачем кабину на замок запираешь?
— Чтобы никто не лазил.
— Да кому оно надо, лазить. Тут и нет никого.
— Не скажи. У меня в балке целый чемодан запчастей. Вот, думаю, может оставить в кабине, чтобы с собой не везти.
— Зачем с собой?
— Как зачем? Пять месяцев меня не будет, растащат.
— Да-а, за пять месяцев растащат.
— Так вот я и думаю, с собой везти или в кабине оставить?
— С собой – оно вернее.
— А тяжесть?  Туда – сюда таскать. Замучаешься.
— Тогда в кабине запри.
— Боюсь, вскроют.
— Тогда с собой.
— С собой и повезу, а кабина всё равно пусть будет закрыта. Так надежнее. Ты тоже вылетаешь?
— Да, на неделю.
— Счастливо. В вертолёте встретимся, — Володя спрыгнул с капота и зашагал к балку.
Пока собрались, пока технику подготовили, два дня и пролетело. Гул вертолёта обитатели посёлка услышали издалека, и к прилёту на площадке образовалась солидная толпа. Вертолёт, не заглушая двигателя, быстро разгрузился, пассажиры разместились на сиденьях, и машина взмыла в небо. Через час весело гомонящие полевики уже погрузились в вахтовку, выехали за пределы аэропорта и покатили в сторону экспедиции.

На следующий день, послонявшись по квартире, Володя взял газету и углубился в чтение. Жена выглянула из кухни:
— Володя, я лотерейный билет купила, проверь заодно.
Денисенко взял билет, газету с тиражом, сравнил серию, номер и нервно рассмеялся.
— Ты что? – спросила жена.
— Билет выиграл.
— Не может быть! Дай, посмотрю, — жена потянулась мокрой рукой к билету. — И верно, выиграл! Вот повезло!
— Ты поосторожней со своей сыростью, мне по нему ещё выигрыш получать.
— Было бы что получать, а билету ничего не сделается.
— Ну да. Такой выигрыш! Придерутся и не выдадут.
— Ты его пока спрячь, чтобы не затерялся.
— Да, такой куш. Ещё позарится кто.
— Ты ужинать будешь?
— Пока не хочу. Пойду к соседу схожу.
— Сходи. Что дома сидеть? Смотрите там, не набирайтесь сильно.
— Да мы только чаю, — кинул Володя уже в дверях, пряча под полой пиджака бутылку.
— Знаю я вас, чаёвники, — проворчала жена, запирая дверь.

Из соседней квартиры доносились запахи жареной курицы и свежих огурцов. Сама соседка, веселая полноватая женщина в надетом поверх платья переднике порхала вокруг стола.
— Заходи, Володя, мы как раз ужинать собираемся, — приветливо обратилась она к Денисенко.
— Да вроде, неудобно. Если только чаю?
— Ну, чаем ты не отделаешься. Коли пришёл, давай к столу, — сосед подставил стул и поставил третью тарелку.
— Я тут со своей, обмыть выигрыш надо, — Володя достал бутылку.
— Неужто в лотерею что-то выиграл? — сосед коротко хохотнул.
— Не что-то, а «Волгу»!
— Ну-у, прямо «Волгу»?
— Вот тебе и ну. Говорю, выиграл.
— Это точно обмыть надо, — сосед вынес из кухни три рюмки.
Откупорили бутылку, и разлили водку.
— За везенье. Рад я за тебя. Я, честно говоря, не верил этим лотереям. Думал, народ дурят. А тут такой выигрыш! А ты точно уверен, что выиграл?
— Да, точно. И серия, и номер. Я сам, было, не поверил, а потом жена посмотрела: «Да, — говорит, — все сходится».
— Вот повезло! Слушай, а зачем тебе «Волга»? Где ты на ней будешь ездить?
— Да вот и я думаю, зачем она мне? Может лучше деньгами взять?
— Не знаю. Может, деньгами лучше. А то с машиной одна морока. Гараж, регистрация… А тебе в рейс ходить надо.
— Ну да, а машина стоять будет. Наверное, деньгами возьму.
— А ты билет продай.
— Как это «продай»? За тридцать копеек что ли?
— Зачем за тридцать копеек? По стоимости «Волги», а можно и больше. Знаешь, сколько желающих, с деньгами.
— Надо подумать.
— Во-во, подумай. Можно в два раза дороже продать.
— Кому?
— Ты что? Грузинам! У них денег уйма, а до машин они падки.
— Грузинам, конечно, можно. Только где их искать?
— Да был бы билет, а грузины найдутся. Ты, главное, не спеши.

Молча допили бутылку, и Володя распрощался. Прийдя домой, он долго рассматривал лотерейный билет, вертел и так и эдак, пока не заснул.

Ещё несколько дней Денисенко сидел в квартире, перечитывая старые детективы. И вдруг исчез. Сначала жена подумала, с друзьями пьёт, потом забеспокоилась. Позвонила Саввушкиным. Василий сначала ответил, что видел Денисенко только в поле, затем предположил, что тот уехал к родственникам. Володина жена переспросила,  к каким это родственникам. И когда Саввушкин рассказал про брата и сестру, горько рассмеялась:

— Врал он тебе всё. Нет у него ни брата, ни сестры. Детдомовский он.
— Как детдомовский? Он же говорил, что из тройняшек.
— Какие тройняшки? У него кроме меня на всём свете никого нет. Значит, опять врать начал. Надо же, придумал родственников, да ещё тройняшек.
Ещё через день зашёл сосед. Когда узнал, что Володя уже два дня, как исчез, всплеснул руками:
— Может, он к грузинам уехал?
— Зачем? – удивилась жена.
— Билет продавать.
— Какой билет?
— Ну, тот, что «Волгу» выиграл. Мы ещё с ним выпили за удачу. Он ещё говорил: «Зачем, мол, мне «Волга», лучше деньгами взять».
— Какую «Волгу»! Вон лежит тот билет. Два рубля выигрыш. Ну, не могу! И тут соврал! «Волгу» он выиграл! Да сроду у нас таких выигрышей не было. Где вот он пропадает?
— А запчасти где? – сосед увидел в коридоре открытый чемодан.
— Какие запчасти?
— Он говорил, что с собой увезёт. Ещё сомневался: если оставить — растащат.
— Ты посмотри, и здесь не удержался от вранья. Ведь клялся, божился, что завязал.

Как приехал, я сразу чемодан открыла, там, кроме грязного  белья,  ничего не было!
Когда нервы женщины не выдержали, и она уже решила заявлять в милицию, появился Денисенко. Володя был весь в грязи, с побитым лицом. Молча скинул с себя одежду и залез в ванну. И тут жену прорвало:
— Ты где был, малохольный? – взорвалась она. — Я места себе не нахожу, а он является с побитой рожей! Совесть у тебя есть?

Володя молча сидел в ванной, откисая в белоснежной пене. Он задумчиво молчал. Когда жена в четвёртый раз, сквозь слёзы и истерику спросила, где всё-таки он пропадал, Денисенко буркнул:
— Саввушкину новый трактор дали, мы с ним обкатывали.
— Три дня?
— За город заехали, а он заглох.
— И три дня заводили?
— Ну не три. Мы позавчера выехали. Пока поломку устраняли, пока то да сё, вот время и пролетело.
— Что ты мне всё врёшь! Я вчера с Саввушкиным разговаривала, он тебя только возле вертолёта в последний раз видел!

Володя молчал, размокая в ванне.

— Ну что ты ещё соврёшь? Когда я от тебя правду услышу? Ты же мне обещал! – крик жены сбивался на плач. — Забыл, как тебя по косточкам собирали, когда бандиты выведывали, где найденный клад золотых монет? А чуть живого тебя  принесли, когда хвалился, что ты из заграничного рейса валюты чемодан  привёз! Капитан дальнего плавания! Ты мне что обещал? Больше ни-ни! Опять понесло? «Волгу» он выиграл! А пароход ты не выиграл? На нём бы и поплыл к своим братьям и сёстрам! Надо же, придумал: тройняшки!

Денисенко молча вышел из ванны. Не обращая внимания на крики жены, вытерся широким полотенцем и лёг в постель. В голове его медленно шевелились мысли. А думал он о том, что всё равно никто его не понимает. Вот и жена раскричалась. Ну что ей отвечать? Она же всё равно не поверит, что встречу с однополчанином отмечали. Как вот ей объяснить, что два года с ним из одного котла щи хлебали, как в обнимку с автоматом бессонными ночами на посту мёрзли. Бесполезно ей, глупой бабе, втолковать, что служба в армии роднит людей на всю жизнь. Мысли постепенно путались, и только боль от полученной в детстве травмы разливалась по телу. Болели два отсутствующих пальца на правой руке. Володя удобней уложил руку на подушке, чтобы ноющая боль хоть немного поутихла, и с горечью подумал: «Если человек один раз оступился, так что же его всю жизнь тюкать надо? Вот как эти пальцы, в детстве ещё оторвало, а всю жизнь болят. А ей правду подавай. Всё равно не поймёт…»

Печать

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. хороший рассказ. добрый. всему поверил, кроме службы в армии с отсутствием двух пальцев. а. может быть, и такое возможно?..

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here