Сергей Кудрявцев: «Рассказ о мужестве»

0
1

Здравствуйте «Усинск.Онлайн»! Прочитал на вашем сайте статью «Военный пилот потерянного самолета жил в Усинске». Речь идет о Лодвикове А.М. Я работал с Аркадием Михайловичем в Су-17 треста «Усинскстрой», некоторое время жили в общежитии в соседних комнатах, дружили. В 90 годах Аркадий Михайлович уехал из Усинска и, к сожалению, никакой информации о нем нет. Рассказ который я вам посылаю, написан с его слов. Может это поможет поисковикам.

После окончания Сталинградской авиационной школы Лодвиков Аркадий Михайлович некоторое время проходил подготовку в запасном авиаполку, затем был направлен для прохождения дальнейшей службы в 611–й ИАП (истребительный авиационный полк ), который входил в 3-й истребительный авиакорпус под командованием генерала Савицкого Е.Я. Полк был сформирован недавно, в основном была еще не совсем обстрелянная молодежь, а среди технического состава было немало женщин. Полк прибыл на фронт 1 января 1943 года. Полк воевал на Кубани, Северном Кавказе, Крыму, выполняя различные боевые задачи: прикрывали военно – морскую базу в Туапсе, прикрывали железные дороги, наносил удары по наземным войскам, вели воздушные бой, летали на разведку, прикрывали эскадрильи бомбардировщиков и штурмовиков.

На вооружении полка были устаревшие к тому времени самолеты И – 153, бипланы, за характерный изгиб верхнего крыла их называли «Чайки». И скорости не те, и вооружение слабовато, но тем не менее сражались наши ребята отважно. На вертикальных маневрах и виражах «Чайки» превосходили новейшие к тому времени Мессершмиты — 109 и Фоккеры -190. Конечно были потери и с нашей стороны. «Чайки» были оборудованы реактивными снарядами – РС. Первым летчиком сбившим Ме -109 стал старший сержант А. Чурилин. Вступив в бой с двумя «мессерами», он дал залп РС, один истребитель сбил сразу, а второй получив повреждения вышел из боя. Вместе с товарищами набирался боевого опыта и Аркадий Лодвиков. А пример было с кого брать.

14 января 1943 года группа из шести «Чаек» штурмовала позиции в районе станции Абинская. На одном из заходов была подбита «Чайка» сержанта Н. Евсеева. Он сколько мог тянул к своим , но сдал мотор и пришлось садиться на вражеской территории. К самолету устремились немцы. Ведущий группы старший лейтенант А. Куксин сел рядом с подбитым самолетом, а четыре «Чайки» встав в воздухе в круг сдерживали пулеметным огнем немцев. Но расстояние до врага неумолимо сокращалось. Самолет Евсеева был безнадежен. Решение пришло быстро. Куксин велел сержанту лечь на плоскость, держать под левой мышкой бипланную стойку и обеими руками держаться за переднюю кромку крыла. Подняв самолет в воздух, Куксин пролетев более ста километров , благополучно приземлился на своем аэродроме. За этот подвиг Куксин был награжден орденом Отечественной войны первой степени, а Евсеев — второй степени. Это были первые ордена полученные в полку. Старшие командиры много уделяли внимания летной подготовке молодежи .Тяжело было воевать с отборными фашисткими летчиками, нашим ребятам, которым едва исполнилось 20 лет, противостояли отборные асы из эскадры «Удет», «Мельдерс», за плечами которых была Испания, почти безнаказанные воздушные бой в Европе.

Летом 1943 года Аркадия сбили во время штурмовки вражеских позиций в боях за Малую землю, в районе Мысхако. На парашюте летчик приземлился на переднем крае наших войск, прикрыли его огнем наши десантники. Попал Аркадий в госпиталь, но не долечившись до конца упросил его отпустить, мотивируя тем, что долечиваться будет у себя в полку. Настырного летчика отпустили , и вот он снова среди боевых товарищей, которые его уже и не чаяли увидеть живым.

Весной 1943 года полк стал летать на новых истребителях Як – 1. Это были совсем другие самолеты, воевать стало легче и запылали бубновые! С июня по октябрь 1943 года Аркадий Лодвиков совершил на Як – 1 сто двадцать восемь боевых вылетов, провел сорок три воздушных боя, сбил три Ме – 109.

Тремя орденами отметило командование подвиги молодого летчика.

Нужно сказать, что 611-й ИАП был певучим. А Аркадий Лодвиков обладал неплохим голосом. Вместе с ближайшими друзьями А Куксиным, А Чистовым, Г. Оськиным. Аркадий написал песню «Помнишь товарищ», а мотив подбирал весь полк. В песне говорилось о боях над Кубанью, про схватку с «мессерами», о погибших товарищах. Слушать песни собирались все свободные от службы. Немало приходило и местных жителей.

Утром 18 сентября 1943 года на разведку в район Черниговка – Нововасильевка – Приазовское вылетела группа из 4 «яков» 611- го ИАП. Вел группу лейтенант Лодвиков.

Полет происходил на полный радиус действия истребителей. Встреч с немецкими самолетами избежали, над селом Воскресенка Аркадий заметил немецкие бронетранспортеры, сдвинул фонарь кабины, уменьшил скорость, чтобы было лучше видно, накренив самолет , летчик стал считать вражескую бронетехнику.

Трассу зенитных снарядов заметил, но отвернуть не успел: раздался удар по плоскости и в кабину хлынуло пламя. При открытом фонаре и думать не приходилось, чтобы сбить пламя скольжением. Расстегнув привязные ремни, перевалив через борт, летчик оттолкнулся ногами от фюзеляжа пылающего истребителя и через несколько мгновений вытянул кольцо парашюта. Рывок при раскрытии парашюта был таким, что у Лодвикова сорвало перчатки, а с ними и кожу с обеих кистей. Приземлился в открытом поле. Погасить парашют руками уже не смог и его поволокло по стерне, по бороздам, пока не удалось зацепить стропы ногой и погасить купол. Сгоряча не чувствуя боли, сумел стащить парашют ,добежать до лесопосадки, пробежав ее, вломиться в неубранный подсолнух и снова бежал думая, как уйти подальше от места приземления, как уйти от фашистов, но обессилев упал.

Он слышал шум подъезжавшей машины, голоса немцев, пытался встать, дотянуться до кобуры – не смог. Его подняли немцы, сняли ремень с пистолетом, наскоро обшарили карманы и поволокли к машине. В попыхах не осмотрели карманы гимнастерки. В хуторе Воскресенске Лодвикову сделали сухую марганцевую перевязку лица, кистей рук и обожженной ноги. .Из хутора снова куда-то повезли Оказалось в Мелитополь. Внутри бронетранспортера было тесно, трясло немилосердно. Раны болели. Два немца сопровождали Аркадия. Один, примерно ровесник Аркадия, не обращал на пленного никакого внимания. Второй, намного старше смотрел с сочувствием. А потом из фляжки налил воды и дал – пей. Аркадий с трудом удерживая кружку, глотнул : рот обожгло огнем. Это не вода — водка! Но после выпитого стало легче и боль в ранах поутихла.

На окраине города фашисты рассредоточили бронетехнику. Аркадия завели в подвал одного из домов. Чуть позже началась бомбежка. Немцы исчезли. Аркадий с трудом выбрался наружу и увидел, что наши Пе – 2 бомбили железнодорожный вокзал. Лейтенант спрятался подальше в подвал, но после бомбежки его снова увезли за 50 километров от Мелитополя в село Веселое. Там поместили в дом местной жительницы под надзором немецкого солдата. Хозяйка кормила Аркадия с ложечки как маленького, потихоньку расспрашивая, кто он, как попал в плен. Аркадий все рассказал, и попросил взять из левого нагрудного кармана партбилет и фотографии отца и матери. И, что бы с ним самим не случилось передать командованию первой же советской части, что войдет в село. Документы хозяйка взяла и надежно спрятала. Аркадия трижды допрашивал армейский офицер на плохом русском языке. Лодвиков отвечал, что призван из запаса, в части недавно, ни номера части и фамилии командира не знает. Свою подлинную фамилию и должность скрыл.

«Вы не сговорчивы, вами займется гестапо!» – пообещал офицер.

Но Аркадия отправили не в гестапо , а тюрьму Кривого Рога. Там у него началось нагноение ран, поднялась температура, он бредил. Из тюрьмы «безнадежного» отправили в лагерь для военнопленных. Это и спасло Аркадия. В лагере был лазарет с персоналом из пленных, они и вылечили летчика.

В лагере Аркадий встретил еще двух летчиков. Это был его сослуживец капитан А. Машенкин, который помогал ему переучиваться с «Чайки» на «Як» и В. Панажченко. Оба были сбиты за линией фронта , обгорели и ходили в лазарет на перевязки. Вскоре у всех троих сняли повязки и отправили на рытье окопов. Тогда то и сговорились бежать. 23 октября, ночью совершили побег. Раздобыли гражданскую одежду, пробрались к линии фронта, но перейти не удалось, их обнаружили немецкие солдаты, избили и вернули в лагерь. На следующий день пленных загнали в теплушки и повезли в Шепетовку, а оттуда пешком перегнали в город Славута. Оттуда ночью, 4 января 1944 года несколько групп военнопленных бежало. Группа в которой находились три пехотных офицера, а также Аркадий с друзьями ушла из лагеря первой. Им повезло : на исходе ночи беглецы добрались до села Ногачевка, где их обогрели, обсушили, накормили и помогли переправить в партизанский отряд имени Ленина. В отряде Лодвиков стал вторым номером станкового пулемета. Но партизанить долго не пришлось, 15 января летчиков переправили в расположение 1-го Украинского фронта. Некоторое время они находились в расположении штаба фронта, затем были отправлены в запасной офицерский полк. Оттуда получив бу обмундирование разъехались по своим частям. Аркадий Лодвиков в средине февраля 1944 года попал в свой 611-й ИАП. Появление его в полку, в потрепанной форме, со следами ожогов на лице, руках, было сродни грома среди ясного неба! Все помнили стройного, русоволосого симпатичного Аркадия, а перед ними стоял человек, вроде и рост тот и движения, и посадка головы. Но лицо! Ошеломленно смотрели боевые товарищи на стянутую рубцами, покрытую буграми, глянцевитую кожу, обгоревшие, веки, кисти…

Весть о возвращении лейтенанта Лодвикова уже облетела полк, сбежались почти все. Вернулся человек которого уже дважды хоронили! Радость была несказанная. А авиаспециалисты их числа девчат просто ревели от радости, а кое кто из мужчин украдкой утирал слезу. «Сколько же ты Аркадий Михайлович перенес, какие мучения вытерпел. Какой мерой можно измерить твою преданность Родине, долгу! – так думали в полку все.

А лейтенант Лодвиков снова в строю, снова нелегкая боевая работа. И еще не один ас Геринга пылая падал на землю.

Шло время, менялись фронтовые аэродромы, Ольховец на Украине, Фетешти в Румынии, Добрич в Болгарии, Надаль в Венгрии далее к логову врага. К тому времени 611-й ИАП назывался 611 Перемышльский истребительный авиаполк и за образцовое выполнение заданий командования, за овладение городами Браилов и Констанца и проявленные при этом мужество и героизм был награжден орденом Суворова 3 й степени.

Есть в этих наградах и часть боевой работы Аркадия Лодвикова. Орден Славы, медаль «За отвагу», орден Красной звезды прибавился к другим наградам старшего лейтенанта Лодвикова Аркадия, которому и от роду было чуть больше 20 лет.

А на улице уже была весна, весна 1945 года. Полк стоял в Австрии, Мюнхендорфе. В 4 часа утра 9 мая 1945 года Аркадий проснулся от стрельбы, схватив табельный «ТТ» осторожно выглянул в окно и оторопел. Его товарищи, некоторые и полуодетые стреляли вверх их оружия, у кого что было в руках. И все кричали : Победа! Победа! Война закончилась! А люди продолжали сбегаться, собрался почти весь полк, люди плакали, обнимались. И пальба! Пальба! Аркадий выпустил из своего пистолета две обоймы.

Командиры с трудом навели порядок, связисты вывели репродуктор на улицу, настроили радиоприемник на волну Москвы и вот наконец долгожданное, услышали голос Левитана: «…в присутствии представителей Верховного Главного командования советских войск и представителей Верховного Главного командования англо – американских и французских войск подписали акт о безоговорочной капитуляции Германии! » Грянуло оглушительное многократное «ура» и такая стрельба поднялась! Впрочем уже никто никого не сдерживал.

Много самых разных воспоминаний связано с первыми днями завоеванного дорогой ценой мира. Перелет на аэродром города Граца, где на пустом аэродроме обнаружили совершенно исправный немецкий истребитель ФВ- 190, а на бывшем командном пункте спавшего на столе мертвецки пьяного немецкого летчика. Бредущих по дорогам изможденных узников концлагерей, многие шли с флагами своей страны. Не мало было и наших флагов. В Граце появились солдаты союзных войск, привозивших различное барахло для обмена. Объясняли: надо золото или русскую водку. Их вежливо отправляли восвояси.

Еще немного лет прослужил в авиации Аркадий Лодвиков, а затем , как и многие демобилизовался и приступил к мирной жизни.

Аркадий Михайлович вспоминал митинг 17 июня 1945 года , когда впервые был объявлен первый выходной после войны. На митинге почтили память погибших товарищей, тех кто не дожил до Победы, но навсегда остался с ними. Сняв фуражки полк стоял и слушал, как ласково шелестят листья деревьев, как звенят в кронах деревьев невидимые глазу птицы. О чем тогда думали? Может о том , что мертвых не воскресить и что память героев не померкнет? Наверное. Но и думали о том , что оставшимся в живых надо жить так , чтобы в любую минуту, если понадобится , снова защищать Родину.

В семидесятых – девяностых годах я работал в СУ – 17 треста «Усинскстрой» вместе с Аркадием Михайловичем Лодвиковым. Простой в обращении, добросовестный в работе, с ним было интересно общаться и говорить на разные темы. Но на тему войны его было тяжело разговорить. В средине 90 – х годов Аркадий Михайлович уехал из Усинска и связь с ним к сожалению прервалась.

(с) Сергей Кудрявцев

Печать