Выходное чтиво: Обыкновенная история

2
234
Татьяна Вишневская

… Любовь выскочила перед нами, как из-под
земли выскакивает убийца в переулке,
и поразила нас сразу обоих.
Так поражает молния, так
поражает финский нож.

М. Булгаков

Он щелкнул каблучками, слегка поклонился и все… Это был ее «стойкий оловянный солдатик» из иллюзорного книжного детства. Он был почти такой же, как в чудесных фильмах с Далем, только слегка обремененный жизненным опытом и чуть-чуть развращенный национальным тщеславием.

Мир закружился вокруг восьмимартовским балом. Она чувствовала себя необыкновенно уютно в провинциальном ресторане среди веселящихся коллег. Вспыхнувшая между ними искра разгоралась, отражаясь драгоценными камнями в простеньких фужерах, люстрах и бра. Скатерти, салфетки и манишки мужчин казались ослепительно белыми, тусклый свет—загадочным, а жаркий воздух—звенящим.

Она ловила на себе восхищенные взгляды и чувствовала Маргаритой на балу у Воланда.

Порыв длился долго, то затухая, то вспыхивая и разгораясь, целых 5 лет. На расстоянии это было, как легкое покалывание воспоминаний о не случившимся, а вблизи превращалось лишь в одно желание: прикоснуться, вглядеться в дивные, модельяновские глаза и … стихи.

Она понимала, что ее глубина чувств для него чрезмерна. Ему столько не осилить, не нужно. Разве что иногда, чтобы невнапряг. Она была снисходительна, делала вид, выдавала порциями, жалела его.

А потом они свихнулись, задохнулись от силы чувства и чувственности. Ее накрыла волна безумных ощущений, а он окунулся с головой в этот беспредельный океан, и вдруг переутомился, очнулся, и ему захотелось поиграть в «А что ты сделаешь, если…»

И она опомнилась, окончательно и бесповоротно…

Они сидели в уютном итальянском ресторанчике большой компанией. Он уезжал в другой город погостить к другу, она оставалась в этом.

Они вышли все вместе на улицу. На площадке возле ресторана стайка очень симпатичных девочек на тоненьких ножках в коротеньких юбочках курила, кого-то высматривая среди прохожих. Он съерничал, глядя на девочек: «Ух, а может остаться?»

Она посмотрела на него и вдруг отчетливо поняла, что это ее необъявленное прощание с ним. Она его отпустила навсегда.

Они виделись еще много раз, но бокалы больше не сверкали драгоценными камнями, манишки не слепили белизной и, самое главное, у нее больше никогда не было покалываний, а были поклонники. Они даже

поговорили об этом. Она—с чувством облегчения и освобождения, он — с сожалением и безнадежностью.

И все.
Не случилось.
Боги и им усмехнулись вслед.
Печаль есть в том, что все проходит,
И радость в том, чтоб дать ему уйти.

Печать

2 КОММЕНТАРИИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here